Записки учителя из колонии для девушек (часть седьмая, Кто хотел бы быть похожей на Наташу Ростову?)

июля 21, 2008

Продолжение.

…Корниенко мела асфальт во дворе предзонника. Меня встретила открытой, обезоруживающей улыбкой:

• - Водолажскую ночью хорошенько «по­гладили». Увидите сейчас, какая она красивая…
• - Кто «погладил»? За что?
• - За дело…
• - Какое дело?
• - А пусть не выпендривается! Повязку надела, активистка, стукачка, тьфу! И в КВП (комиссия внутреннего порядка) вступила, чтобы досрочную заработать,- эти слова Катя произнесла досадливо и ядовито.
• - Разберемся вечером,- сказал корот­ко.- Соберем отделение и поговорим все вместе…

Глаза Кати потускнели.

-     Не стоило бы вам за Водолажскую заступаться. Мы вам очень не советуем…

Задумавшись, поднялся на второй этаж административного корпуса, в нерешитель­ности постоял минуту перед дверью в кабинет замполита. Александра Афа­насьевна Кочубей смотрела на меня испы­тующе. Я знал, что разговор пойдет о ЧП с Водолажской, но не предполагал, что замполит обвинит во всем меня.

• - Вы виноваты, вы…
• - В том, что убедил Водолажскую войти в актив?
• - Александра Афанасьевна, я все же не сомневаюсь, что вступление Ольги в актив - шаг сознательный, она твердо решила стать на путь исправления.

Замполит вздохнула:

• - Вы так в этом уверены? Знаете, у некоторых из них по семи пятниц на неделе?..
• - У некоторых… А Водолажской я верю.
• - Ну хорошо. Будет начальник колонии, закончим наш разговор. А пока еще во­прос. Почему в пятницу вы пробыли в комнате девочек полчаса?

Обычно принято говорить «воспитан­ница», но Александра Афанасьевна, види­мо, сознательно сделала акцент на слове «девочек».

• - В классе мы не успели закончить беседу, и они зазвали в комнату. Не хотел, отказывался, знаю, что в пятницу им гото­виться к стирке…
• - Знаете, а пошли!

Александра Афанасьевна смотрела с укором. И я опять был вынужден оправ­дываться.

• - Уж сильно просили девчата. На полчаса всего…
• - Может, и просили… А сами в субботу на вас жаловаться пришли!

Тут уж трудно было сдержаться.

- Да правда ли это?

Женщина с майорскими погонами оби­женно поджала губы и поднялась, вышла из-за стола; давала понять, что разговор окончен.

-     Двадцать лет проработала в колонии,- сказала она с укором.- Никто из сотрудников подобного вопроса не задавал.

Я, как мальчишка, лепеча извинения, ретировался.

В жилую зону я сразу не пошел. Хотя и знал, что там ждет воспитатель отделения Надежда Викторовна Заря, которую вы­звали для разбора ЧП. Мне нужно было побыть какое-то время наедине.

Зачем кому-то из воспитанниц нужно было жаловаться замполиту, что я при­ходил в комнату отделения? Кто это сделал? Может, из новеньких? Вряд ли. Хо­тя эти «серенькие мышки» могут быть орудием в чьих-то руках. Ну-ка, что за конфликты были между нами в последнее время? Корниенко попало за двойки, обе­щал позвонить ее матери в Кривой Рог. Обиделась, конечно. Но вряд ли это она - скорее в глаза все скажет, чем к зам­политу пойдет. Может, Шумарина? Пере­стала следить за собой, объясняет это тем, что рядом нет ребят, для кого, мол, стараться. Сделал ей замечание, присты­дил. Неля подтянулась, привела в порядок прическу, ногти, платье выстирала.

Стоп, а почему к замполиту должен был кто-то пойти обязательно из «отри­цательных»? В активе тоже ведь разные девчата есть. Есть ведь и такие, кто всту­пают в КВП лишь для того, чтобы зара­ботать условно-досрочное освобождение. Гукову взять, к примеру. Может быть дерзкой, грубой и циничной в своем кру­гу, когда рядом нет никого из сотруд­ников. А вот с воспитателями всегда предупредительна, подчеркнуто вежлива. И все же пойти жаловаться на меня замполиту она, пожалуй, не могла…

И тут я вспомнил Вику Нопрпенко. На уроке русской литературы в пятницу, когда мы изучали «Войну и мир», я спро­сил у класса:

-     Кто хотел бы быть похожей на Наташу Ростову?

Нопрпенко тогда расплылась в ехидной улыбке до самых ушей:

-     А как это?

Я на улыбку не ответил. Трудно вос­принимать искренне улыбку на ее устах, ведь я знаю, за что она здесь. Вместе с соучастницей преступления Ирой Чичеткой она всячески издевалась над ро­весницей, которую они встретили в парке. Долго избивали, заставили раздеться, «продавали» ее знакомым наркоманам за пачку сигарет, снова избивали, вынужда­ли целовать ноги.

Продолжение следует.

Опубликованно Воспитательство